Азовские и донские казаки в Геническом отряде войск в 1855 году

Отдельно надо сказать о роли в Геническом отряде войск в 1855 году донских и азовских казаков.  Присущие некоторым из них наивность, нетерпеливость, желание все делать самостоятельно создавали порой сложности в отношениях с начальством и с населением, особенно с татарами.

Но служили казаки честно, добросовестно и отчаянно. Им поручали наиболее ответственные задания. Кроме Геническа и Арабатской стрелки, нередко подвергались  обстрелам селения Атмонай и Юз-Кую (иначе  Юз-Куя), располагавшиеся в сорока и в десяти верстах от Геническа.  Казаками укрепляли стоявший в том районе Сводный уланский полк.

О многих упоминаемых в архивных документах лицах казачьего племени из Генического отряда можно писать поэму. Начальник команд азовских казаков еще с Черноморской береговой линии полковник Барахович Яков Никифорович отвечал в Геническом отряде за все действия на море. Он ремонтировал, большей частью за свои деньги, баркасы и лодки Азовской команды, а потом и суда Сивашской гребной флотилии, в создании которой принимал самое активное участие. Под его руководством производилось дополнительное затопление судов в Геническом проливе, чтоб сделать невозможным для неприятельских- шлюпок выход отсюда в залив Сиваш.

Казаки полковника Бараховича день и ночь на лодках и баркасах стерегли пролив, наблюдали за берегом Стрелки со стороны Сиваша, чтобы предотвратить проникновение десантов союзников в наиболее уязвимые места и дальше - к  Чонгарскому мосту.

Командир 4-й азовской лодки хорунжий Засорин Иван Григорьевич периодически производил замеры глубин залива Сиваш для отслеживания изменений фарватера и соизмерения с ними возможностей своих и неприятельских судов.

За постройку оборонительных сооружений на Чонгарском полуострове отвечал командир 6-й сотни Донского казачьего 62-го полка войсковой старшина Козин, которого кн. Лобанов-Ростовский характеризовал офицером умным и отличным.

К сожалению, мы не выяснили имя и отчество командира. Он был ответственный человек, не терял самообладания в тяжелые минуты, даже тогда, когда вновь построенные укрепления на Чонгарском мосту частично   уничтожила
буря.

Донские казаки стояли в пикетах вдоль побережья верст на 30-50 от Геническа в разные стороны, куда доходили или где намеревались высадиться союзники.

Особые трудности настигали их на Арабатской стрелке, через которую англо-французы неоднократно перетаскивали в Сиваш свои легкие десантные шлюпки.

Пикеты часто обстреливались противником с кораблей, что заставляло казаков иногда покидать свои посты. Однажды, 16.07.1855 г. несколько донских урядников и казаков, действуя почти без средств защиты, но смело и дружно, прогнали со Стрелки вооруженный отряд неприятеля и с трофейными снарядами возвратились в Геническ, преодолев пролив.

В другой раз 10 донских казаков с урядником попали на Стрелке в окружение из тысячи с лишним десантников - англо-французов, в числе которых были кавалеристы. Они прорвали цепь противника и под обстрелом сопровождавшей их вдоль берега моря каронады (плавающей батареи) проскакали на лошадях с дальнего пикета до пролива, затем под огнем переплыли его и благополучно вернулись в сотню.

За Соленым озером, что на Арабатской стрелке, Сиваш в сторону Чонгарского моста сильно углублен. Именно это создавало противнику условия легко добираться до вожделенного моста.

Казаки, не страшась реальной возможности своей гибели, даже во время массированных обстрелов с чужих кораблей не покидали Стрелку, умудряясь так маневрировать, что оказывались недоступны убойному огню.  Зато они давали знать в лагерь обо всех намерениях и действиях неприятеля, вовремя зажигая сигнальные вехи.

Командовал казаками на том участке хорунжий Платонов. Кроме хорунжих Платонова Капитона Каркеевича и Филимонова Василия Фроловича, а также урядника Дикова Василия Григорьевича, в цвет третьей сотни входил, прежде всего, их командир есаул Рыганцов Василий Макарович.

В послужных списках этих людей перечислены военные походы в другие страны, канцелярская и аванпостная службы, охрана кордонов и т. д. с соответствующими наградами.

Показательно то. что с некоторыми казаками находились в отряде и их родственники. Казак Иван Васильевич Рыганцов. например, двадцати лет, был представлен с товарищами к наградам не только за храбрость, но и за нравственность и примерное усердие к службе, достойное подражания.

Он не однажды добровольно бросался на выручку своим, рискуя жизнью. Сам же есаул Василий Макарович Рыганцов был все время в движении. Выполняя поручения командующего отрядом, он часто в сложных ситуациях принимал самостоятельно правильные решения, и, чтоб не терять время и не нарушать конспирацию, не всегда ставил кого положено в известность об изменении плана действий.

Однажды генерал-майор Вагнер Я.Б. арестовал его за самовольную отлучку из лагеря. Время было военное, и надо было как-то урезонить офицера, чья чрезмерная инициатива порой шла не в пользу службе.

Зато тот же генерал-майор Вагнер Я.Б. спустя какое-то время представлял Василия Макаровича и его соратников в числе первых к наградам за боевые отличия, проявленные в северо-западном Приазовье.

С. Е. Павлова

"Эпизоды и участники Крымской войны в Геническе I854-1856 г.r."